Серафим Саровский

Версия для печати

Серафи́м Саро́вский (в миру Про́хор Иси́дорович Мошни́н, в некоторых источниках — Машнин; 19 (30) июля 1754 (или 1759), Курск — 2 (14) января 1833, Саровский монастырь) — иеромонах Саровского монастыря, основатель и покровитель Дивеевской женской обители. Прославлен Российской церковью в 1903 году в лике преподобных по инициативе царя Николая II. Один из наиболее почитаемых православных святых.

Биография :Родился в 1754 году в Курске, в семье богатого именитого купца Исидора Мошнина и его жены Агафии. Очень рано потерял отца. В возрасте 7 лет упал с колокольни строящегося Сергиево-Казанского собора на месте сгоревшего ранее храма Преподобного Сергия Радонежского, но остался невредим. В юном возрасте Прохор тяжело заболел. Во время болезни он увидел во сне Богородицу, пообещавшую его исцелить. Сон оказался правдивым: во время Крестного хода мимо его дома пронесли икону Знамения Пресвятой Богородицы, и мать вынесла Прохора, чтобы тот приложился к иконе, после чего он выздоровел. В 1776 году совершил паломничество в Киев в Киево-Печерскую лавру, где старица Досифея благословила и указала ему место, где он должен был принять послушание и постриг — мужской монастырь Саровская пустынь в Тамбовской губернии. В 1778 году стал послушником у старца Иосифа в этом монастыре. В 1786 году принял монашество (Малая схима) и имя Серафим, был посвящён в иеродиаконы, в 1793 году рукоположен в иеромонахи. Прижизненный портрет В 1794 году, имея склонность к уединению, стал жить в лесу в келье в пяти километрах от монастыря. В качестве аскетических подвигов и упражнений носил одну и ту же одежду зимой и летом, сам добывал себе пропитание в лесу, мало спал, строго постился, перечитывал священные книги (Евангелия, святоотеческого писания), ежедневно подолгу молился. Около кельи Серафим развёл огород и устроил пчельник. Ряд фактов жития преп. Серафима весьма примечателен. На протяжении нескольких лет аскет питался только травой снытью. Позднее тысячу дней и тысячу ночей Серафим провел в подвиге столпничества на каменном валуне. Некоторые из приходивших к нему за духовным советом видели огромного медведя, которого преподобный кормил хлебом с рук (по словам самого Серафима этот медведь постоянно приходил к нему, но известно, что кормил Старец и других животных). Из более драматичных событий известен случай с разбойниками. Согласно житию, некие разбойники, узнав, что к Серафиму часто приходят богатые посетители, решили ограбить его келью. Застав его в лесу во время ежедневной молитвы, они избили его и обухом топора проломили ему голову, причём святой не сопротивлялся, несмотря на то, что был в то время молодым и сильным человеком. В его келье разбойники ничего для себя не нашли и удалились. Преподобный чудом вернулся к жизни, однако после этого случая навсегда остался сильно сгорбленным. Позже эти люди были пойманы и опознаны, но отец Серафим простил их; по его требованию они были оставлены без наказания. В 1807 году преподобный принял на себя иноческий подвиг молчания, старался ни с кем не встречаться и не общаться. В 1810 году он возвратился в монастырь, но ушёл в затвор (уединение в постоянной молитве) до 1825 года. После окончания затвора принимал многих посетителей из монашествующих и мирян, имея, как сказано в житии, дар прозорливости и исцеления от болезней. Его посещали также знатные люди, в том числе царь Александр I. Ко всем приходящим к нему обращался словами «Радость моя!», в любое время года приветствовал словами «Христос воскресе!». Был основателем и постоянным покровителем Дивеевской женской обители. В 1831 году святой сподобился видения Богородицы (двенадцатый раз в своей жизни) в окружении Иоанна Крестителя, Иоанна Богослова и 12 дев. Скончался 2 января 1833 года в своей келье в Саровском монастыре во время коленопреклоненной молитвы. Памятный знак в Курске на месте чудесного спасения Прохора Мошнина при падении с колокольни строящейся церкви. Стоит отметить, что икона Серафима Саровского написана с его прижизненного портрета, сделанного художником Серебряковым (впоследствии иноком Иосифом Саровской обители) за 5 лет до кончины старца

Спорные мнения :Имеющиеся воспоминания о Серафиме Саровском и сборники его высказываний однозначно описывают старца как сторонника официальной церкви, иерархии и троеперстного крестного знамения. С другой стороны, на иконах преподобный Серафим обычно изображается с четками особой формы (лестовкой), а в некоторых случаях — и в старообрядной (дораскольной) монашеской одежде (и «староверским» медным литым крестом). Лестовка, по которой молился св. Серафим, сохранилась среди его личных вещей. Согласно некоторым источникам, известные сложности с канонизацией Серафима Саровского были связаны именно с его симпатиями к старообрядцам. Высказывались предположения о происхождении старца или из единоверцев, или из криптостарообрядцев, с последующим переходом в «импровизированный» вид единоверия. Снимок почерка Серафим Саровский вообще никаких письменных сочинений после себя не оставил. В жизнеописаниях, написанных после смерти Серафима, после 1833 года, вопрос о старообрядчестве не фигурирует[источник не указан 568 дней]. В более позднем издании 1863 года, через 30 лет после смерти Серафима, составителем и редактором этой книги был цензор Елагин Н. В., прославившийся своими вольными «благочестивыми» и патриотическими вставками и бесцеремонным редактированием текстов, появляются «беседы Серафима» со старообрядцами, «рассуждения Серафима» о старообрядчестве; в одной из таких бесед Серафим учит: «Вот христианское сложение креста! Так молитесь и прочим скажите. Сие сложение предано от св. Апостолов, а сложение двуперстное противно святым уставам. Прошу и молю вас: ходите в Церковь греко-российскую: она во всей славе и силе Божьей!»

Почитание и канонизация :Основной письменный источник исторических сведений о старце Серафиме — жизнеописание старца Серафима, составленное саровским иеромонахом Сергием. Последний с 1818 года собирал и записывал свидетельства о двух саровских подвижниках: Серафиме и схимонахе Марке. В 1839 году в Троицко-Сергиевой Лавре, при содействии митрополита Филарета (Дроздова), вышло «Краткое начертание жизни старца Саровской пустыни, схимонаха и пустынника Марка», в которой схимонаху Марку были посвящены первые 10 страниц, остальные 64 страницы — «Духовные наставления отца Серафима». Первое «Сказание о жизни и подвигах» старца Серафима вышло в 1841 году в Москве за подписью I. C. В 1844 году в XVI томе журнала «Маяк» вышло более подробное сказание о старце Серафиме — автор его не был обозначен, но московский митрополит Филарет в письме к архимандриту Антонию приписывал этот труд Некоему Георгию (вероятно настоятелю Николо-Барковской пустыни, жившему при отце Серафиме в качестве гостинника в Сарове под именем Гурия; в 1845 году это сказание вышло отдельной книгой в Санкт-Петербурге. В 1849 году иеромонах Нижегородского Печерского монастыря Иоасаф, живший в Сарове 13 лет под именем послушника Иоанна Тихонова, издал ещё более подробные сказания, которые с дополнениями были переизданы в 1856 году. В 1850-х годах также появилась книга, где вновь были объединены сказания о старцах Серафиме и Марке. Наконец, в 1863 году, по желанию Саровского монастыря — по его архивным документам и рассказам очевидцев, вышло самое полное изображение жизни и подвигов старца Серафима; автор этого труда, Н. В. Елагин, был указан только в 5-м издании, в 1905 году. Многие из ныне известных поучений старца Серафима почерпнуты из записок помещика Николая Александровича Мотовилова, якобы найденных С. А. Нилусом и изданных им в 1903 году. Впрочем, аутентичность некоторых фактов, изложенных Мотовиловым, оспаривается. Народное почитание «батюшки Серафима» началось задолго до его канонизации, при его жизни. Подготовка к официальной канонизации вызвала политический скандал и должна рассматриваться в контексте стремления Николая II преодолеть некое «средостение» (по выражению генерала А. А. Мосолова), якобы разъединявшее царя с народом, который «его искренне любит». Первый документ, указывающий на идею официальной канонизации, датирован 27 января 1883 года — годом коронации Александра III (25 января 1883 года был напечатан Высочайший манифест от 24 января того же года о коронации царствующего императора, имеющей состояться в мае того же года): начальник московских женских гимназий Гавриил Киприанович Виноградов в письме, адресованном обер-прокурору Святейшего Синода К. П. Победоносцеву, имевшему репутацию человека, близкого к трону, предложил «ознаменовать начало царствования, перед священным коронованием государя императора, открытием мощей благочестивого, всей Россией чтимого угодника, которого молитвы и при жизни его были действенны, тем более теперь они будут благопоспешны для великого государя, когда Серафим предстоит перед престолом Всевышнего в лике серафимовском». Победоносцев, судя по всему, отнёсся к предложению неодобрительно. По свидетельству графа С. Ю. Витте, канонизации потребовал от Победоносцева лично Николай II, видимо, по настоянию супруги — весной 1902 года (согласно официальной версии, 19 июля 1902 года). Граф Витте также писал о роли Александры Феодоровны: «<…> Говорят, что были уверены, что Саровский святой даст России после четырёх Великих Княжён наследника. Это сбылось и окончательно и безусловно укрепило веру Их Величеств в святость действительно чистого старца Серафима. В кабинете Его Величества появился большой портрет — образ святого Серафима.»[20] Сам Победоносцев винил архимандрита Серафима (Чичагова), бывшего тогда настоятелем Спасо-Евфимиевского монастыря в том, что именно он подал императору «первую мысль о сем предмете». Того же мнения был и генерал А. А. Киреев, замечавший, что Обер-прокурор полагал архимандрита Серафима (Чичагова) «великим пролазом и плутом»: тот «как-то пролез к Государю, а затем Государь уж распорядился самовольно. <…> Положим Сер[афим] действительно святой, но едва ли такое „распоряжение“ соответствует не только верно понятому чувству религиозности, но и канонам (даже русским)». 11 января 1903 года комиссия под председательством митрополита Московского Владимира (Богоявленского), включавшая и архимандрита Серафима (Чичагова), произвела освидетельствование останков Серафима Мошнина. Результаты освидетельствования излагались в секретном всеподданнейшем докладе, которые, однако, вскоре стали широко известны читающей публике. Поскольку существовали ожидания «нетленности» мощей, каковой обнаружено не было, митрополиту Петербургскому Антонию (Вадковскому) пришлось выступить с заявлением в «Новом Времени» и в «Прибавлениях к Церковным Ведомостям», где он констатировал факт сохранности «остова» Саровского старца и выразил мнение, что наличие нетленных мощей не обязательно для прославления.

 

 

Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...