Александа Свирский

Версия для печати

Алекса́ндр Сви́рский (в миру Амос; 1448 — 30 августа 1533) — русский православный святой, почитаемый в лике преподобных, игумен. Память совершается 17 (30) апреля и 30 августа (12 сентября).

ЖизнеописаниеРодился в приладожском селе Мандеры (Сермакса), на правом берегу реки Ояти, притока реки Свири, недалеко от Введено-Оятского монастыря, в семье вепсских крестьян Стефана и Вассы[2], которые впоследствии также приняли монашеский постриг. Согласно житию, мать долго молила Бога о рождении ребёнка и родила сына после многих лет бесплодия. При рождении был назван в честь пророка Амоса. Когда Амос подрос, он был отдан для обучения грамоте, но житие сообщает, что учился он «косно и не скоро». Александро-Свирский скит Валаамского монастыря Покровская церковь Александро-Свирского монастыря, возведённая при участии Александра Свирского В 19 лет Амос тайно ушёл на Валаам, где 7 лет жил в качестве послушника, а в 1474 году принял монашеский постриг с именем Александр. Удалившись на уединённый остров, впоследствии названный Святым, Александр подвизался около семи лет в пещере[5]. На Святом острове теперь находится Александро-Свирский скит Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, где показывают пещеру и вырытую руками святого собственную могилу. В 1485 году по благословению игумена монастыря Александр ушёл на Святое озеро, расположенное неподалеку от Олонца и реки Свирь. Со временем здесь образовалась обитель, ныне известная как Александро-Свирский монастырь. Согласно агиографической литературе, прославился многими чудесами и праведным образом жизни. Он воспитал много учеников в монастыре и привёл к вере многих мирян. Какое-то время святой жил в полном уединении и вёл суровую жизнь. После 25 лет затворничества, согласно житию, Александр единственным из русских святых был удостоен явления Святой Троицы: Однажды он удостоился видеть Самого Бога, явившегося ему в трёх Лицах, и беседовать с Ним о том, как создать церковь, построить монастырь и собрать братию. Когда затем он молился о том, где поставить церковь, то ангел Господень указал ему место для неё. — Димитрий Ростовский. Жития святых (30 августа) На том месте, где располагалась «отходная пустынь» преподобного, через некоторое время возникла обитель. В 1506 году Александр был поставлен игуменом Троицкого монастыря (впоследствии Александро-Свирский монастырь Олонецкой, ныне Тихвинской епархии) Новгородским архиепископом Серапионом. Скончался 30 августа [9 сентября] 1533 года.

Канонизация и почитаниеСогласно архивным документам, 20 декабря 1918 года мощи святого преподобного Александра Свирского увезли из Александро-Свирского монастыря под конвоем ЧК «в целях беспощадной борьбы с врагами коммунистической идеи и социалистической мысли». Кампания по ликвидации мощей ставила своей целью «разоблачение» святынь: для этого надо было показать, что мощи святых — это не нетленное тело, а просто «кучка полуистлевших костей». 19 декабря 1918 года Президиум исполкома Северной области поручил «Комиссариату здравоохранения создать врачебную комиссию со специалистом химиком для исследования мощей». По мнению религиозных сайтов, после того как комиссией было выяснено, что мощи — это не «восковая кукла» и не «скелет в тапочках», а подлинная нетленная святая плоть, большевики начали кампанию по сокрытию мощей. В отчёте же было написано, что при вскрытии обнаружилось, что «мощи» были сфальсифицированы — заменены восковой куклой. Известно, что 14 февраля 1919 г. во время кампании по ликвидации мощей Наркомом Юстиции была выпущена директива о размещении мощей в музеях. Единственным фундаментальным анатомическим музеем был музей в ВМА. По сведениям сотрудников кафедры нормальной анатомии Военно-медицинской Академии, «мумифицированное тело неизвестного мужчины» в их музее появилось не позднее 1940-х годов. Попытки установить историю его происхождения и поступления на кафедру по существующим каталогам и журналам оказались безуспешными. Незарегистрированность «экспоната» в таком музее, каковым был анатомический музей в ВМА, было явлением исключительным, что подчеркнули работники музея. Для того чтобы сокрыть мощи, было сделано всё. Вероятно, тут действовала не только воля «центра», но и воля заведующего кафедрой В. Н. Тонкова, который по своим убеждениям не был «воинствующим безбожником» и смог сделать так, чтобы про мощи просто забыли. До 1954 года надёжную защиту мощам прп. Александра обеспечивал академик Владимир Николаевич Тонков, происходивший из графской семьи по отцовской линии и из священнической по линии матери. После его кончины сохранность мощей обеспечили его ученики. Журналист Б. Карагандинский в своей статье после интервью с заведующим кафедрой нормальной анатомии профессором И. В. Гайворонским делает вывод: «Светское объяснение благополучного укрытия мощей может лежать только в личных мотивах. Никакие доводы государственной пользы в годы деспотии не работали. Злой дух питает только себя, но в этом-то его и слабость. Найти единственный путь, где зло бессильно, выйти с честью и вывести обреченных — дело посильно только мудрому человеку. Великий духовный подвиг совершил академик В. Н. Тонков, и лишь сегодня проявляется высота его невидимой борьбы с антихристовой властью». В своей статье Б. Карагандинский говорит и о совсем уникальной по тем временам ситуации: на этой кафедре не был арестован ни один сотрудник, тогда как аресты в то время были обыденным явлением.

Изъятие мощей из Александро-Свирского МонастыряХотел принять монашество и поступить в миссионеры, чтобы проповедовать христианство народам Сибири и Америки. Но увидев, что жители столицы «знают Христа не больше, чем дикари какой-нибудь Патагонии», он решил остаться здесь. После рукоположения был направлен в Кронштадт — место административной высылки асоциальных личностей и многочисленных нищих и чернорабочих. В Кронштадте о. Иоанн «стал посещать лачуги, землянки и бедные квартиры. Он утешал брошенных матерей, нянчил их детей, пока мать стирала; помогал деньгами; вразумлял и увещевал пьяниц; раздавал все своё жалованье бедным, а когда не оставалось денег, отдавал свою рясу, сапоги и сам босой возвращался домой в церковный дом». Это привело даже к тому, что одно время его жалование выдавалось не ему, а его жене. 10 декабря 1855 года в кафедральном соборе Петра и Павла в Санкт-Петербурге епископом Ревельским Христофором (Эмаусским)[25], викарием Санкт-Петербургской митрополии, был посвящён во диакона, а через день, 12 декабря, 26-летний Иоанн рукоположен в священники к Андреевскому собору Кронштадта, в котором и прослужил 53 года, до самой кончины. С 1857 года — законоучитель Кронштадтского городского училища; с 1862 года преподавал Закон Божий в местной классической гимназии — в течение последующих 25 лет. Его новаторское отношение к своим пастырским обязанностям, выражавшееся, в частности, в чрезвычайной эмоциональности его проповедей (как говорили очевидцы, он нередко на них обливался слезами), встречало в 1860-е годы непонимание и неодобрение у других клириков собора, в котором он был тогда только 3-м священником, а также школьного начальства. Согласно его личному дневнику, первый случай того, что было воспринято им как исцеление больного по его молитве, произошёл 19 февраля 1867 года, когда он сделал запись: «Господи! Благодарю Тебя, яко по молитве моей, чрез возложение рук моих священнических исцелил еси отрока (Костылева). 19 февр. 1867. <…>»[29][30] С 1875 года — протоиерей; c 1894 года — настоятель Андреевского собора; c 1899 года — митрофорный протоиерей. С самого начала своего служения занимался частной благотворительностью, с 1880-х расширил её: основал «Дом трудолюбия» (работный дом с мастерскими), школу для бедных, женскую богадельню, детский приют. Богослужения в приходах Петербурга, совершаемые им по приглашению купечества, временами вызывали трения с местным духовенством, а также недовольство петербургского митрополита Исидора (Никольского). Вопреки принятой тогда в Российской Церкви практике, ввёл общую исповедь (в таинстве покаяния), призывал к частому приобщению Святых Таин (в России того времени распространено было обыкновение приобщаться дважды или даже единожды в год, Великим постом). Состоял почётным членом в Свято-Князь-Владимирском братстве.

Второе обретение мощейГлавным организатором поисков мощей преподобного стала инокиня Леонида (Сафонова). После окончания Ленинградского государственного университета на протяжении 30 лет занималась исследовательской работой в области биологии клеток и тканей человеческого организма, работала в НИИ имени Пастера. Автор более 60 научных работ, кандидат биологических наук, она поменяла научное поприще на монастырь за полгода до защиты докторской диссертации. В 1997 году она стала организатором поисков мощей: Я начала поиск святых мощей — по многим архивам Санкт-Петербурга и Москвы, тщательно изучая описи фондов и документы в хранилищах ЦГАСПб, ЦГАЛИ, архиве ЛОИИ РАН, архиве АИ МК, фотоархиве Санкт-Петербурга, архиве РАН, Госархиве РФ, архиве ВМА, архиве СМЭС, музее антропологии и этнографии, во многих библиотечных архивах. Особая сложность была в том, что основная часть документов в ходе кампании по ликвидации, фальсификации и дискредитации мощей святых была утрачена или намеренно уничтожена в ходе так называемых «макулатурных кампаний». Поиск в различных архивах привел инокиню Леониду в ВМА — Военно-медицинскую академию, в музей при кафедре нормальной анатомии — самый старый из медицинских музеев (ему около 150 лет). В нём было более 10 000 анатомических препаратов, так что мощи туда спокойно бы влились, не привлекая ничьего внимания. Это было лучшее место для их сокрытия, тем более вероятное, что после отказа Наркомпросвета взять мощи они находились в распоряжении Наркомздрава. Ещё одно подтверждение тому — хранящийся в архиве ЦГА документ из Комиссариата здравоохранения от 18.02.1919 г., свидетельствующий о том, что мощи проходили экспертизу в судебно-медицинском подотделе при Обуховской больнице, которая с 1914 года работала в режиме военного госпиталя. Воспоминания инокини Леониды: Через год после моей первой встречи в ВМА, когда мощи преподобного Александра (а это оказались именно они) были уже переданы Церкви, открылись удивительные подробности. Случайно стало известно, что в ВМА не один раз приходили чекисты из НКВД забрать мощи, и тогда прятали «экспонат» между шкафом и стеной, чтобы чекисты его не взяли. Их прятал сам Владимир Николаевич Тонков с санитаркой, которая тоже знала, кого нужно было спрятать. Сколько же выстрадали эти люди, рисковавшие своей жизнью! Мощи преподобного Александра Свирского (Свято-Троицкий Александро-Свирский монастырь) На протяжении шести месяцев шли основательные исследования антропологов, рентгенологов, судебных экспертов и анатомов. Прибегали к консультативной и практической помощи сотрудников и специалистов различных музеев, архивов и институтов, в частности Государственного Русского музея, Эрмитажа, Кунсткамеры РАН, Музея истории религии, Академии истории материальной культуры, Института палеонтологии РАН, Государственной Публичной библиотеки, центральных исторических архивов, а также архивов Новгорода и Петрозаводска. Отчёт состоит из 250 страниц — с актами, фотодокументами. Он выполнен на высоком научном уровне. Согласно «Акта освидетельствования мумифицированного тела», «нельзя исключить его принадлежность святому Александру Свирскому». Распоряжение о передаче мумифицированного тела Церкви подписал начальник Военно-медицинской академии Ю. Л. Шевченко. 30 июля 1998 года по благословению митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира святыня была открыта для поклонения православному народу. В 2011 году на канале «Культура» был показан фильм о втором обретении мощей «Александр Свирский. Защитник и покровитель».

 

 

Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...
Чтение...